Демилитаризация-Украины:-Как-должен-выглядеть-успех-СВО

Демилитаризация Украины: Как должен выглядеть успех СВО

Политика

Когда СВО только начиналось, я писал, что нам не стоит использовать эвфемизмы и изобретать некие новые названия для войны. Если мы не хотим объявлять её официально (по причине трудностей с трактовкой таких действий международным правом), то можно просто говорить о боевых действиях на Украине.

Дело в том, что как только мы придумываем обыденному явлению новое название, народ тут же начинает размышлять над тем, чем явление под новым названием отличается от явления под старым названием. В частности, для СВО народ придумал следующее объяснение: мы, якобы ведём некие «особо гуманные» боевые действия. Это абсурд – нельзя воевать понарошку, но этот абсурд долгое время оказывал влияние на умы и сердца наших людей, в том числе бойцов и командиров на фронте.

Опять же, в самом начале СВО я писал, что стесняться не надо – раз уж мы перешли к военному способу решения проблемы – необходимо в полной мере использовать весь спектр вооружений, дающих нам превосходство на поле боя, не обращая внимание на сопутствующие потери врага. Все так делают. Стремление же воевать «не как все», а неким «особо гуманным» способом, никогда до добра не доводило. В результате хуже становилось всем: и тем, кто жалел, и тем кого жалели.

«Чем больше мы убьём сейчас, тем меньше мы убьём вообще», — писал я в феврале-марте 2022 года, настаивая на том, что любое сопротивление должно подавляться жёстко, а единственным приоритетом для российского командования должна была стать забота о сохранении жизней своих солдат, остальное – по мере возможности. Тогда же я писал, что если мы сейчас будем миндальничать, в результате нам придётся убить сотни тысяч, а возможно и миллионы, и не факт, что на этом война закончится.

На сегодня, по самым скромным подсчётам, мы уже убили около полумиллиона украинских солдат (два списочных состава ВСУ на начало СВО). Если добавить к ним искалеченных, раненных (не способных больше воевать), умерших от ран и болезней, то безвозвратные потери ВСУ за два года боевых действий составили не менее миллиона человек.

Косвенно эта оценка подтверждается украинскими данными. Киев заявлял, что к средине 2023 года мобилизовал свыше миллиона человек. С имевшимися 250 тысячами кадрового состава ВСУ и примерно таким же количеством других силовиков (Нацгвардия, полиция, СБУ, погранвойска) – это даёт до полутора миллионов человек, непосредственно задействованных в боевых действиях. Плюс за это время через Украину прошло несколько десятков тысяч наёмников.

В 2023 году мобилизация на Украине не останавливалась. За это время под ружьё было поставлено ещё 200-300 тысяч человек. Тем не менее, по состоянию на начало марта 2024 года, Украина оценивала численность ВСУ примерно в 700 тысяч человек, из которых половина на фронте, половина за Днепром. По оценке Залужного, ВСУ весной 2024 года срочно требовалось 500 тысяч новых мобилизованных. Сейчас эта оценка поднята до 600 тысяч. Простые арифметические действия с данными числами показывают, что из ВСУ и других силовых структур бесследно исчезло свыше миллиона человек.

Тем не менее Украина продолжает воевать, ВСУ, хоть и отступают повсеместно, но катастрофического обвала фронта пока не допустили. Новый виток мобилизации запущен. Народ прячется, но не бунтует и когда ловят, безропотно отправляется на фронт.

Можем обратиться к любому военному теоретику: к Суворову, Свечину, Клаузевицу, Жомини, Лиддел Гарту, Морицу Саксонскому, Фридриху Великому, Наполеону или Сунь Цзы. Все они, с той или иной степенью доступности и прозрачности, писали о том, что для победы необходимы три вещи:

1. Выведение из строя вражеской армии, как силы, способной вести войну.

2. Предотвращение возможности создания врагом новой армии, для чего большинство советовало оккупировать территорию, с которой враг получает необходимые для продолжения боевых действий ресурсы.

3. Подорвать моральный дух не только вооружённых сил, но народа и власти, с тем, чтобы продолжение сопротивления в любой форме стало для них невозможным психологически, а любой мир представлялся бы предпочтительнее войны.

Судя по тому, что «гуманные» бомбы, весом в 1,5 тонны (трёхтонки вышли на старт) массово посыпались на головы украинцев только в этом году, когда их производство, равно как и других расходных материалов, кратно возросло, в 2022 году мы не только морально были не готовы воевать по-настоящему, но и в материальном плане настоящая война была не вполне обеспечена.

Так или иначе, но за то время, что мы переходили к всамделишным боевым действиям украинское общество и ВСУ получили опыт эффективного сопротивления и поверили в возможность своей победы, при западной поддержке. Огромные потери эту веру несколько подорвали, но пока не уничтожили полностью.

Итого, для того, чтобы оформить победу в СВО и провести демилитаризацию Украины, нам необходимо из трёх пунктов, которые классики военной науки всех времён и народов считали обязательными, выполнить все три.

Во-первых, на фронте необходимо убивать бойцов ВСУ хотя бы в два раза быстрее, чем поступают пополнения. Тогда, при нынешнем состоянии дел с украинскими резервами, к средине лета удастся обескровить ВСУ и лишить их возможности держать тысячекилометровый фронт. Для этого ежедневные потери ВСУ убитыми должны составлять 3-5 тысяч человек. Соответственно, бомбить боевые порядки и тыловые районы расположения врага необходимо в два-три раза интенсивнее. Судя по отчётам военных и промышленности, такая возможность есть.

Во-вторых, как только фронт коллапсирует – ВСУ можно считать выведенными из игры и приступать к быстрому занятию местности с введением на ней военного управления впредь до окончательного решения судьбы данных территорий в рамках большого договора с Западом.

В этом контексте занятие максимально большой части (желательно всей) украинской территории, даёт нам преимущество, как с точки зрения невозможности формирования против нас при поддержке Запада на незанятых нами территориях какой-нибудь новой украинской армии, так и с точки зрения укрепления нашей переговорной позиции. Отказ Запада от переговоров и оформления новой геополитической реальности в таком случае может быть парирован массовым проведением на украинских территориях референдумов о присоединении к России, после чего проблема признания результатов российской победы на Украине будет полностью снята с повестки дня (как сейчас снят вопрос Донбасса, Крыма, Севастополя, Херсона и Запорожья).

Третий этап является, по существу, закреплением в умах жителей бывших украинских территорий их нового статуса (российских граждан, российского протектората – как получится). Он растянется на десятилетия, при этом степень интеграции отдельных территорий в Россию может изначально быть различной, усиливаясь в перспективе.

Окончательная победа в СВО и реализация далеко выходящих за пределы обычной победы на поле боя целей данной сложной операции будет достигнута только тогда, когда в близи российских границ и в отдалении от них будут друзья, будут враги, будут нейтралы, но не будет антиРоссий, составленных из русских территорий, населённых бывшими русскими людьми и видящих перед собой одну цель – уничтожение исторической России, ради каковой цели население антиРоссий готово безропотно гибнуть миллионами, защищая абсолютно чуждые им геополитические интересы наших общих врагов.

Пока где-то на планете будет тлеть хоть маленький, совсем незаметный, но «суверенный» огонёк антиРоссии, будущее русского государства и русского народа будет находиться под прямой и явной угрозой. В таком случае, рано или поздно, то что мы сейчас заканчиваем, придётся начинать сначала.

О том, как Запад собирается использовать приграничные России страны и их военный потенциал в войне с Россией — в материале Ростислава Ищенко Запад собирает «Великую армию»

https://ukraina.ru/20240529/1055345707.html



Последние статьи